Дорогие Друзья. С подачи очень хорошего человека прочитал статью. Как сейчас иногда говорят, очень зацепило. Дальше больше…И вот уже получил согласие нашего сегодняшнего гостя встретиться и побеседовать. Своё видение событий, трезвый взгляд на многие вещи… Наш гость пишет под псевдонимом, но это отнюдь не умаляет всех достоинств того что выходит из под его пера.
Итак, встречайте. Виктор Вольский
Виктор Вольский. Родился в 1938 году в Москве, окончил Институт иностранных языков, преподавал, занимался переводами. В 1975 году эмигрировал в США. Виктор Вольский - творческий псевдоним прекрасного публициста и аналитика. Семь лет работал в газете "Новое Русское Слово", двадцать последующих лет - на радиостанции "Голос Америки". Сотрудничал с балтиморским журналом "Вестник" и с лос-андежелесским еженедельником "Панорама".
Область творческих интересов - политика и история. Особое внимание автор уделяет разоблачению фальсификаций и лицемерия, которые нередко преобладают в политике и официальной историографии. Вольский утверждает, что "придерживается трагического взгляда на историю и, в отличие от «великого пролетарского гуманиста», считает, что человек - это звучит не гордо, а горько, максимально горько..."
Сейчас на пенсии, печатает острокритические статьи об американской жизни в различных изданиях и на своем сайте volsky.us.
О себе:
Мне 68 лет, я 20 лет (с отвращением) проработал на "Голосе Америки", а три года назад (с огромным облегчением) вышел на пенсию и переехал из Вашингтона в Йорктаун, штат Вирджиния, где живет моя дочь с семьей.
Здравствуйте Виктор. Прежде всего, хотелось бы поблагодарить Вас за согласие встретиться и побеседовать. Спасибо. Учитывая нехватку времени это дорогого стоит.
Что помнится из Детства? Самое яркое воспоминание из того времени? Вы каким были ребёнком, который вечно ходил с ссадинами и синяками, или же этакий примерный мальчик который всегда с книжками?
Здравствуйте и спасибо за внимание к моей скромной особе.
Детство не оставило у меня в памяти каких-либо особо ярких и прекрасных воспоминаний. Я и мои сверстники в громадном большинстве своем вели скудное, полунищее-полуголодное существование, но, не зная никакой другой жизни, мы отнюдь не считали себя обделенными судьбой. Наоборот, искренне жалели несчастных иностранцев, которых злой рок забросил на Запад.
Это ж надо, как повезло, ведь СССР - всего одна шестая земного шара, и тем не менее мне каким-то чудом повезло появиться на свет именно здесь, поражался я, не смея поверить своему счастью. Рос я без эксцессов, получая свою долю синяков и ссадин, но не больше других. Учился спустя рукава, играл в футбол и в прочие детские игры, ездил летом в пионерские лагеря (как ни странно, с удовольствпем), много читал, что, впрочем, было вполне обычным делом в ту пору, когда чтение было практически единственным развлечением. Словом, детство как детство.
Родители. Невозможно беседуя с человеком не спросить об этих людях. Мы всем в этой жизни обязаны им, и этим всё сказано. Расскажите о них. Что прививали и старались воспитать в Вас?
С родителями у меня отношения напряглись после смерти Сталина. Наступила бурная оттепель, развязались языки, и мне очень скоро стало нестерпимо стыдно за то, что, я, считая себя большим умником, слепо верил пропаганде как последний дурак. Начался лихорадочный процесс переоценки ценностей, и к 17 годам я уже миновал все привычные стадии постепенного разочарования в коммунистической идеологии (Сталин плохой – Ленин хор
